Рассказы о дружбе

Не сегодня - завтра президент Виктор Ющенко в очередной раз распустит Верховную Раду. Развал из-за предательства Блоком Юлии Тимошенко демократической коалиции и естественная неспособность БЮТ и Партии регионов найти общие интересы приведут к тому, что народу предложат избрать новый парламент. Который, может быть, окажется способен сформировать коалицию. Пока же президент готовится к консультациям с фракциями (необходимое условие для роспуска ВР, предусмотренное Конституцией) и макает перо в чернила, «Трибуна» решила порассуждать о коалициях. Причем не «демократических» или «антикризисных» и даже не о парламентских. А о коалициях вообще.

Мне довелось недавно встретить размышления о коалициях как таковых в самом, казалось бы, неожиданном месте: в мемуарах бывшего генерал-полковника фашистского вермахта Ганса Фриснера, некоторое время командовавшего группами армий «Север» и «Южная Украина». Командовал он ими не в самом блестящем для Третьего Рейха 1944 году, когда гитлеровцам приходилось выбирать между перспективой быть очередной раз разбитыми или драпать еще быстрее, даже название мемуаров - «Проигранные сражения» - несет в себе явно фаталистическую нагрузку. Неудивительно, кстати, что даже издательство Минобороны СССР не поленилось перевести сей труд на русский язык еще в далеком 1966 году. Нас же из этого перевода больше всего интересует не столько перечень побед советской армии в описании депрессирующего фашистского генерала, сколько воспоминания о том, как во времена его командования разваливалась еще одна коалиция - военный союз Германии, Румынии и Венгрии. Надо сказать, что после долгих наблюдений за такими успешными союзничками генерал стал радикальным противником каких бы то ни было коалиций в принципе.

Собственно говоря, с самого начала войны все три государства преследовали свои шкурные интересы. Немцы свысока смотрели на румын, румыны вместо того, чтобы идти походом «на Кавказ», обдумывали, как бы оттяпать у партнеров по коалиции - венгров - Трансильванию. Венгры, в свою очередь, совершенно не проявляли боевого духа и, в принципе, готовы были бы повторить тот же финт, что и румыны, - то есть переметнуться на сторону СССР, и сделали бы это, если бы не салашистский переворот. Ну, и то, что все друг друга подсиживали и готовы были сделать партнерам по военному блоку какую-то гадость, не вызывает сомнения. И этим коалиционные партнеры были очень похожи на участников современных украинских парламентских коалиций. Кое-где немецкий генерал чуть ли не матерится, вспоминая о своих союзниках, и мы его можем понять. Кстати, и сама антигитлеровская коалиция тоже недолго просуществовала после окончания Второй мировой. Так как внешняя угроза отпала, а трофеи были поделены, наступило самое время для железных занавесов и холодной войны.

Вообще, военные деятели разных стран всегда плохо отзывались о коалициях и союзниках. Что, видимо, с одной стороны объяснялось тем, что союзников для военных выбирали политики, и иметь Румынию партнером, может быть, и было выгодно с точки зрения макроэкономики или геополитики. Но воевать плечом к плечу с солдатами армии Иона Антонеску немцы не хотели. Что, кстати, подтвердило «мужество», проявленное румынами у берегов Волги, да и в других решающих сражениях. А может быть, дело в том, что военные - просто такие люди, привыкшие более прямо выражаться.

«Любая коалиция уже несет в себе тайный обман», - говорил еще один немецкий военачальник Герхард Шарнгорст. В принципе, этот теоретик военного искусства знал, о чем говорит, так как он был свидетелем наполеоновских походов и попыток создания антинаполеоновских коалиций, которых с 1793 по 1807 год было переформатировано аж четыре - но было бы смешно сказать, что эти объединенные усилия хоть сколько-нибудь заметным образом помешали французскому императору. Наоборот, они распадались и грызлись между собой, в то время как французское войско было на подъеме, подчинялось единому командованию и чудесно использовало грызню в лагере своих противников. Если мы будем последовательны, то признаем, что унитарной России легче реализовывать политику в отношении раздираемой коалиционной грызней Украины, чем это было при мягком тоталитаризме Кучмы.

То, что договоры о коалициях иногда стоят не больше, чем листы бумаги, на которых они написаны, показала, например, член Тройственного союза Италия, благополучно наплевавшая на все свои обязательства и напавшая на своих же союзников в Первую мировую войну. В «Похождениях бравого солдата Швейка» главный герой приводит очень остроумное сравнение поведению итальянцев:

Подобный  же  случай  произошел  в  Праге  на Таборской улице. Там жил купец  Горжейший. Неподалеку  от него,  напротив,  в своей лавчонке хозяйничал купец Пошмоурный. Между ними держал мелочную лавочку Гавласа.

Так  вот,  купцу  Горжейшему  как-то  взбрело   в   голову объединиться  с лавочником Гавласой против купца Пошмоурного, и он  начал  вести  переговоры  с  Гавласой  о    том,  как  бы  им объединить обе лавки под одной фирмой "Горжейший и Гавласа". Но лавочник  Гавласа пошел к купцу Пошмоурному, да и рассказал ему, что Горжейший  дает  тысячу  двести  крон  за  его  лавчонку  и предлагает  войти с ним в компанию. Но если Пошмоурный даст ему тысячу восемьсот, то он предпочтет заключить союз с ним  против Горжейшего.  Договорились.  Однако  Гавласа, предав Горжейшего, все время терся около него и делал вид, будто он его  ближайший друг,  а когда заходила речь о совместном ведении дел, отвечал: "Да-да, скоро, скоро. Я только жду, когда  вернутся  жильцы  с дач".  Ну,  а  когда жильцы вернулись, то уже действительно все было готово для совместной работы, как он и обещал  Горжейшему.

Вот  раз утром пошел Горжейший открывать свою лавку и видит над лавкой своего конкурента большую вывеску, а на  ней  большущими буквами выведено название фирмы "Пошмоурный и Гавласа".

Отмечу, что эту длинную цитату мы привели исключительно для того, чтобы доказать, что нарушаются коалиции отнюдь не только в военных делах, но и во вполне межличностных отношениях. Кстати, финт купца Гавласы, если уж мы будем и дальше проводить аналогии, с идеальной точностью повторила фракция Александра Мороза в прошлом созыве парламента.

«Коалиция хороша до тех пор, пока общие интересы ее участников совпадают с интересами каждого из них в отдельности, - писал фельдмаршал Хельмут Мольтке, -  однако в любых коалициях интересы союзников совпадают лишь до известного предела, ибо, когда одному из участников приходится чем-то жертвовать ради достижения общей цели, рассчитывать на прочность коалиции большей частью уже не приходится. Между тем, добиться общего согласия в коалиции весьма трудно, поскольку без жертв со стороны отдельных участников нельзя достичь стратегических целей». Переводя на современный язык, мы скажем: ну не может же существовать в стране коалиция, при вступлении в которую каждый участник задается только двумя вопросами. Во-первых, не кинут ли меня мои союзники, и во-вторых, как мне лучшим способом кинуть моих союзников? Кстати, именно поэтому нормы, требующие обязательного оформления большинства в Раде, и очень жестокие санкции за его отсутствие являются просто глупостью. В парламенте Украины вообще никогда не было идеологического большинства - случались только временные непрочные ситуативные союзы. А уж умение безошибочно выбирать себе самых неудачных союзников - оно в крови у украинцев и восходит к мазепинским временам и даже еще раньше. Можно вспомнить, например, того же «союзничка» хана Ислам-Гирея, драпанувшего с поля боя под Берестечком с не меньшей резвостью, чем румынская армия из-под Сталинграда. И превратившего самую крупную битву времен Хмельнитчины в самое крупное поражение эпохи освободительной войны, да и толкнувшего со временем гетьмана на заключение еще одного «выгодного» союза - на этот раз с Россией...

МАТЕРИАЛЫ НА ЭТУ ТЕМУ