Юбилей «другого пути»

Но на самом деле, путь младшего брата оказался не таким уж и другим, а просто гораздо более широким.

О семье Ульяновых в советское время было рассказано невообразимо много. Знали даже, в какие игры любил играть маленький Володя, как обедала и ужинала семья...  Но странное дело, о старшем брате вождя мирового пролетариата говорилось крайне мало: дескать, готовил покушение на царя, за что и был повешен.

Советская пропаганда не афишировала подробности революционной деятельности Александра Ильича неспроста. И дело тут не только в том, что терроризм как-то не вязался с респектабельной революционностью марксизма-ленинизма. В обстоятельствах покушения много не только трагичного, но и нелицеприятного, а порою - и курьезного. Соратники подобрались какие-то неправильные: младший брат потом с одним из них воевал.

Озверевший ботаник

С отличием окончив гимназию, Александр Ульянов увлеченно занимался наукой в столичном Санкт-Петербургском университете. На четвертом курсе его научные исследования отметили золотой медалью (позже он продал медаль, чтобы помочь бежать за границу одному из сообщников). И хотя Александр отличался революционными для того времени взглядами, наука для него была на первом месте.

По воспоминаниям младшего брата, последнее лето, когда Александр Ульянов приезжал домой, он готовился к диссертации о кольчатых червях и все время работал с микроскопом. «Нет, не выйдет из брата революционера, подумал тогда я, - вспоминал позже Владимир Ульянов (Ленин). - Революционер не может уделять столько времени исследованию кольчатых червей».

Может, и стал бы Александр Ильич Ульянов ученым-агрономом, однако роковую роль в его судьбе сыграл случай. В ноябре 1886 г. он стал свидетелем жестокого разгона студенческой манифестации, посвященной 25-й годовщине со дня смерти Добролюбова. Хотя акция была мирной, многие ее участники были избиты, арестованы, исключены из вузов и высланы из столицы (среди них - впоследствии всемирно известный украинский ученый-экономист Михаил Туган-Барановский). Возмущенный полицейским беспределом, студент примкнул к нелегальной организации, возглавляемой аспирантом С-Петербургской богословской академии Михаилом Новорусским и студентом физмата Петром Шевыревым. Так он стал революционером. А в то время стать революционером означало стать террористом.

Тогда в Российской империи все, что противоречило официальной идеологии «Самодержавие, православие, народность», более или менее сурово преследовалось. Революционеры-народовольцы (по названию созданной в 1879 г. партии «Народная воля») не сразу стали на путь терроризма, а только убедившись, что никаким другим способом они не могут отстаивать свои идеи. Ведь даже безобидные кружки и относительно безобидное «хождение в народ» (пропаганда левых идей в среде крестьянства) сурово преследовались властями.  В частности, только за распространение «рассуждений и толков, предосудительных для правительства» в первой половине 1870-х было арестовано порядка 4 тысяч человек.

В таких условиях терроризм, особенно как метод борьбы с произволом властей, встречал понимание значительной части общества. Показательно, что Вера Засулич, стрелявшая в петербургского градоначальника Федора Трепова (тот приказал высечь студента-арестанта, не снявшего перед ним шапки), в 1878 г. была оправдана судом присяжных. 

Однако Ульянов и его соратники пошли дальше, создав организацию, нацеленную исключительно на террористическую деятельность. В документах эта структура называлась как «Террористическая фракция партии «Народная воля».

Царя спасла перлюстрация

1 марта 1881 г. народовольцы «казнили» Александра ІІ. И вот, в конце 1886 г. их идейные потомки решили устроить «второе первое марта» Александру ІІІ. Причем, даже технику покушения они выбрали идентичную - закидать царский экипаж бомбами.

Александр Ульянов, как химик, отвечал за производство динамита. Происходило это увлекательное занятие на квартире некоего Бронислава Пилсудского, который также доставлял необходимые химикаты. Более того, через него от польских освободительных  организаций шли деньги на поддержку террористической группы.

Вскоре было готово несколько взрывных устройств. Как позже установила экспертиза, их радиус поражения составлял 20 м, причем для надежности Ульянов начинил бомбы еще и стрихнином. Так что даже незначительное ранение было бы смертельным. Вооруженные таким образом террористы стали прослеживать маршруты царского кортежа, выбирать диспозицию для бомбометателей... Их не пугала перспектива пустить в ход свои «адские машинки» на многолюдной улице.

...Разоблачить организацию помогла случайность: в январе 1887 г. полиция перехватила письмо, в котором говорилось о необходимости террористической борьбы против существующего строя. Прижав к стене адресата, стражи порядка выяснили, что автором крамольного текста является сын кубанского казака, студент С-Петербургского университета 20-летний Пахом Андреюшкин. 28 февраля за ним установили наблюдение - и в тот же день оказалось, что Андреюшкин с каким-то подозрительными личностями целый день крутится в центре города, явно что-то замышляя. Когда их застали за тем же занятием на следующий день, то немедленно повязали - у троих участников группы при себе оказались «метательные орудия» и револьвер. Начались аресты сообщников террористов (всего по делу «второго первого марта» проходило 25 человек). В ответ в С-Петербургском университете вспыхнули волнения: прямо в аудиториях были избиты несколько студентов, подписавших верноподданническое обращение с осуждением попытки покушения, некоторым преподавателям и ректору в квартирах разбили окна... (Вообще, в 1860-1870 гг. примерно 50% студентов оставались без диплома из-за участия в антиправительственной деятельности.)

А вот полицейское начальство по итогам расследования получило большой нагоняй: ведь целый день террористы разгуливали на пути следования императорского кортежа с бомбами. Но главное - двое из них при этом находились под негласным надзором полиции!

На следствии и на судебном процессе Александр Ульянов заявлял: мы не верим в террор, мы верим в систематический террор. В то время как 26-летний Новорусский сумел отвести от себя подозрения в руководстве группой и был приговорен к пожизненной каторге (амнистирован в 1905 г.), 20-летний Ульянов всю вину брал на себя - и получил смертный приговор. Всего по данному делу было осуждено 15 человек, из них пятеро приговорены к повешению (еще один сумел бежать за границу). Мария Ульянова умоляла сына подать прошение о помиловании. Тот поначалу отказывался, но в итоге написал царю: «Характер и свойства совершенного мною деяния не дают мне права... обращаться к Вашему Величеству с просьбой о снисхождении... Во имя моей матери и младших братьев и сестер, которые не имея отца, находят в ней свою единственную опору, я решаюсь просить Ваше Величество о замене мне смертной казни каким-либо иным наказанием...». Однако прошение было отклонено, и 8 мая 1887 г. А.Ульянов вместе с четырьмя подельниками был повешен в Шлиссельбургской крепости, о чем сообщил «Правительственный вестник». Узнав об исполнении приговора Владимир Ульянов якобы и сказал в утешение матери свое знаменитое: «Мы пойдем другим путем».

Зигзаги другого пути

Многие замешанные в деле «второго первого марта» люди сделали впоследствии неплохую научную карьеру. Бронислав Пилсудский в ссылке изучал аборигенов Дальнего Востока и вскоре стал авторитетным ученым-этнографом. Бежавший за границу Орест Говорухин стал профессором литературы Софийского университета; помогавший Ульянову делать бомбы Иосиф Лукашевич (отсидел до 1905 г.) - профессором химии Виленского университета... Как видим, в террористы шли недюжинного ума и способностей люди.

Однако какой-то значительной роли в общественно-политической жизни последние народовольцы (вскоре «Народная воля» прекратила существование) не сыграли. Другое дело - младшие братья Александра Ульянова и Бронислава Пилсудского - соответственно Владимир и Йозеф. Первый стал лидером большевисткой партии и советского государства, второй - воссоздал и возглавил Речь Посполитую. Кстати, Йозеф Пилсудский в 1886-1887 гг. помогал старшему брату и получил 5 лет ссылки по делу «второго первого марта».

Оба младших брата начинали как социал-демократы, оба порою искали финансирования своей деятельности за рубежом. Оба они летом 1914 г., когда началась Первая мировая война, оказались в Австро-Венгрии. Й.Пилсудский создал польский легион, воевавший против российской армии. В.Ульянов-Ленин поначалу был интернирован, но разобравшись, с кем имеют дело, австрийские власти позволили ему выехать в Швейцарию.

Но если старшие Ульянов и Пилсудский скооперировались, то младшие - стали заклятыми врагами. Хотя, как опытные политики, они умели находить общий язык. Так, осенью 1919 г., в момент наибольшего успеха белогвардейских войск, Й.Пилсудский, не желавший видеть «Единой и неделимой России», дал знать В.Ленину, что тот может забрать части с польского фронта. Но в общем их противостояние вылилось в кровопролитную советско-польскую войну. Причем, разбив Красную армию под Варшавой, Й.Пилсудский поставил крест на планах В.Ульянова-Ленина по экспорту мировой революции в Европу. К миру они пришли только в 1921 г., разделив между собой Украину...

Возвращаясь к братьям Ульяновым, надо сказать, что на поверку другой путь Владимира Ильича оказался не таким уж и другим. Напротив, в 1918-1921 гг. он воплотил в жизнь идею старшего брата, преподав оппонентам урок систематического террора.